Изображение новости Курс на молодость
Аналитика

Курс на молодость

В современном российском кино все чаще появляются герои возраста 16+. Кто и почему снимает про них фильмы, и насколько хорошо такие картины идут в прокате?

Последние годы можно назвать расцветом молодого российского кино — имея в виду возраст как героев фильмов, так и самих режиссеров. Новое поколение кинематографистов снимает без оглядки на запреты и суждения прошлых лет, все больше внимания уделяя людям формации Z: родившимся в эпоху интернета и соцсетей. В фокусе внимания в подобных картинах — проблемы и симптомы помолодевших героев и зрителей. Что выявляет подобная диагностика и как на нее реагируют сами посетители кинотеатров — в материале.

 

Инфантильность

Картине Александра Горчилина «Кислота» летом присудили главный приз в секции «Дебюты» на «Кинотавре», а самого 26-летнего режиссера назвали голосом нового поколения. Примечательно, что у героев фильма Александра своего голоса как раз нет: автор описывает жизнь двух апатичных молодых людей, которые после смерти близкого друга вроде находятся в поисках смысла жизни, а вроде и бесцельно плывут по течению. Экранного Сашу воспитывают постоянно подкармливающая его котлетами бабушка и увлеченная буддизмом мама, Петя живет без родителей и перебивается ночевками у друзей — вместе они ведут замкнутый на самих себе образ жизни, без цели, мечты и какой-либо ответственности. Не уходя в морализаторство и не обличая своих героев, Горчилин превращает современную Москву в чужеродную планету детей без отцов, которым никто не сказал, что делать и как быть.

Судя по списку модных московских изданий, которые в октябре писали о фильме Горчилина, рекламная кампания «Кислоты была нацелена на столичную прослойку молодых людей: ровесников экранных Саши и Пети, которые о пресловутом смысле жизни как раз уже задумались. Эта же аудитория и проявила наибольшую лояльность к кино: весомая доля из почти 22 миллионов рублей, собранных «Кислотой» в прокате, была заработана именно в Москве.

Еще одна история о потерянном мальчике — картина Ивана Твердовского «Подбросы» — прошла в прокате с более скромными сборами в 1 миллион рублей. Действие фильма 29-летнего Твердовского, которого многие называют русским Ларсом фон Триером, также происходит в Москве. Благодаря ночным съемкам и необычным ракурсам пространство столицы превращается в темное сказочное царство, в которое попадает главный герой, сирота Денис. Неожиданно объявившаяся мама помещает доверчивого подростка в эпицентр этого заповедного мира, где взрослые жестоки, коварны и бессердечны, а подростки — разменная монета, практически мясо, которое можно подбросить что в бэби-бокс, что под капот автомобиля. Налицо противопоставление мира наивного и хрупкого Дениса темному и злому миру всех остальных, раз за разом наносящих ему раны. Выигрывает в этом противостоянии одинокое, но счастливое детство без матери. Только в светлом (сцены в приюте — единственные дневные во всем фильме) пространстве детского дома герой чувствует себя в безопасности. Правила этого маленького мирка ему хорошо знакомы, и обратно, во взрослую жизнь, возвращаться совсем не хочется.

Несмотря на то, что сказка Твердовского о темноте не дала высоких показателей в российском прокате, у картины еще будет шанс заработать в прокате за пределами нашей страны: «Подбросы» создавался в копродукции с Францией, Литвой и Ирландией и был показан на нескольких зарубежных кинофестивалях. 

 

Без запретов

История «Подбросов» — не первое обращение Ивана Твердовского к подросткам. Этот же режиссер одним из первых осветил в российском кино тему особенных людей, причем сделал это в дебютном фильме «Класс коррекции» и в 25 лет. Учащиеся его специального коррекционного класса — «колясочница» Лена и эпилептик Антон, заика Митя и другие персонажи — те, кого общество вывело за границы нормы, а значит, и за границы эмпатии и каких-либо других чувств. Трагедии, происходящие в этом отгороженном от других мире «ненормальных», на первый взгляд, все те же: первая любовь и предательство, желание быть принятым коллективом и травля. Но общее безразличие окружающих лишь усугубляет нанесенный урон, не оставляя в «Классе» места для жалости и давая простор для режиссерской манипуляции. Твердовский в своем первом фильме бьет по больному, но одновременно смело заявляет о белом пятне в жизни российского социума: людей с инвалидностью здесь до сих пор предпочитают не замечать.

Таким же белым пятном в свое время являлась и более узкая и, казалось бы, далеко не такая запретная тема школьной травли. Вместе с тем, со времен «Чучела» Ролана Быкова и почти до начала 2010-х годов мало кто погружался в правила сосуществования в школьной иерархии. Негласную пальму первенства пока держит Валерия Гай Германика. Выпустив в 2008 году драму «Все умрут, а я останусь», а после и сериал «Школа», режиссер высказалась на тему подростковой жестокости больше других российских авторов. «Все умрут» при этом собрал в прокате умеренно хорошо: 6 миллионов рублей.

К теме не только первой любви, но и первого сексуального опыта обратился в 2015 году режиссер Андрей Зайцев. В его фильме под емким названием «14+» нет фальши или условности, как и нецензурной лексики и откровенных сцен. В спальных районах российского города, где зарождается симпатия между подростками Викой и Лешей, режиссер находит место для романтики и нежности, не поднимая ее до запредельного уровня большой и светлой любви. Вместе с тем, ни рейтинг 16+, ни целомудренный настрой фильма не остановил поборников морали, которые требовали отмены проката картины за пропаганду распущенности.

При поддержке Минкульта «14+» в прокат вышел — после успеха на Берлинале (в котором, кстати, был показан в рамках программы «14+») и на «Кинотавре». И заработал 11 миллионов рублей и положительные отзывы у аудитории и критиков. Последние отметили еще один примечательный момент картины Зайцева: режиссер одним из первых вывел нового героя фильмов про подростков`— соцсети. Лайки во «Вконтакте» и просмотры странички понравившейся старшеклассницы органично вписаны в развитие отношений двух его героев. Кстати, и самих исполнителей главных ролей, Глеба Калюжного и Ульяну Васькович, Зайцев нашел именно в этой соцсети.



90-е. Перезагрузка

Пока одни режиссеры берут на вооружение приметы времени — интернет и Instagram, мемы и стикеры — другие путешествуют в прошлое. Несколько молодых авторов обратились к одному из самых неоднозначных десятилетий в истории новой России. Причем, что примечательно, большая часть режиссеров в «лихие 90-е» едва достигла 10-летнего возраста, и с этим, возможно, связана некая романтизация заданного периода, которую все чаще можно заметить в современном кино.

Кантемир Балагов, который снял свой дебютный фильм «Теснота» про Нальчик образца 98-го года, обратился к этой дате из чувства ностальгии. Вспоминая собственное детство, режиссер выстроил на экране мир, о котором помнит со слов родителей и из собственных обрывочных воспоминаний, а в центр истории поставил персонажа выдуманного — девочку-подростка Илану. На Каннском кинофестивале, где в «Теснота» была впервые показана в программе «Особый взгляд», исполнительницу этой роли Дарью Жовнер сравнили со звездой нового поколения американских актеров Кристен Стюарт, и не зря. Бойкая, мечущаяся между долгом и желанием и отчаянно мечтающая выбраться из сковавшего ее по рукам и ногам города — Илана в исполнении Жовнер представляет собой новый тип героини. Настоящее этой девушки определяет ее импульсивность и необдуманность поступков, а будущее — не любовный интерес, но семейные связи, которые оказываются прочнее любых оков. В Каннах и на «Кинотавре» картина вызвала положительные отклики, в России же «Теснота» вышла в прокат в пору отпусков 3 августа и в итоге собрала 5 с половиной миллионов рублей — достойный результат, учитывая рейтинг 18+, заданную тему и дату релиза картины.

Уже за другие границы — а конкретнее за границу, в США — стремится уехать героиня новой картины белорусского режиссера Дарьи Жук «Хрусталь». Своенравная Веля живет в Минске в середине 90-х, одевается ярко, заявляет о себе громко и всеми силами пытается уехать в штаты навсегда. Но окружающая агрессивная среда раз за разом напоминает героине, что жить на родине правильно, а требовать к себе уважения – глупо. Маркировка «90-е», которую Дарья Жук живописует на экране в ярких тонах и под задорные музыкальные треки, - скорее дань тренду на ностальгию, а не обязательное условие существования героини. Ретро в картине Жук все больше похоже на актуальную современность, а попытки молодой героини пробиться в другой, яркий и свободный мир – универсальны для любого времени.

Насколько актуальна эта проблематика для нынешних молодых людей, пока еще только предстоит узнать: за первый уикэнд «Хрусталь» собрал в прокате полтора миллиона рублей. Картина Дарьи Жук, впрочем, уже вошла в историю как фильм, ради которого впервые за 22 года был собран белорусский оскаровский комитет: «Хрусталь» был выдвинут на соискание самой известной кинопремии в номинации «Лучшая картина на иностранном языке», но в шорт-лист не попал.


 

Игра с жанрами

Поиски героев нового поколения далеко не всегда оканчиваются в кино на проблематике со знаком «минус» и в нише артхауса. За последние годы были попытки вывести 16-летних (а когда и 20-летних) персонажей в массовое пространство и на наибольшее количество экранов. Совместить популярное с полезным.

Один из примеров – дебютный фильм Надежды Михалковой «Проигранное место», не так давно шедший в прокате. Для первой пробы в полном метре режиссер выбрала жанр триллера, а на роли исполнителей главных ролей пригласила ранее мало снимавшихся актеров, практически ровесников экранных школьников. И пусть этой картине иногда не достает сценарного и стилистического единства: «место» то и дело мечется между иронией и ужасом, слэшером и классическим триллером. Эти огрехи искупает оригинальный актерский состав с не примелькавшимися лицами, отечественный колорит и атмосфера города затерянного где-то в замкадном «нигде» - пространства, в котором может случиться что угодно, даже убийство тех, кто сел на неудачное кресло в кинозале. «Проигранное место» собрало в прокате 22 миллиона рублей – попытку перезапустить жанр триллера на почве русских страшилок можно считать засчитанной.

Еще более яркий отклик получают у публики молодые люди, помещенные в ситуации не устрашающие, но юмористические. Так, комедия Алексея Нужного «Я худею», которая преподносилась зрителю как ромком о похудении, на деле оказалось картиной о поисках себя и попытках заместить проблемы личного характера едой. Не педалируя переживания героини, но органично вписывая их в общую сюжетную канву – потерять и заново найти себя и любовь, - Алексей Нужный создал ироничное кино про нормальных людей. И охватил этим мерилом нормальности довольно большую аудиторию: от девушек и молодых людей до старшего поколения, которое также представлено в «Я худею». Сборы картины – 634 миллиона – сделали из фильма Нужного одного из лидеров проката 2018 года.

Отбил свой бюджет еще один фильм о молодом герое: картина Оксаны Карас «Хороший мальчик», за которую режиссер в 2016 году получила Гран-При «Кинотавра». Лирическую комедию о взрослении доброго и благородного мальчика Коли Карас разукрасила яркими красками, добавила музыки и танцев, а на роли второго плана позвала таких актеров как Константин Хабенский и Михаил Ефремов. «Хороший мальчик» по-хулигански условен и громок: экранная (и вроде бы современная) Москва здесь вбирает в себя черты трех предыдущих десятилетий, а населяющие ее персонажи одержимы утренними зарядками, ночными бдениями и танцевальными баттлами. Подобное заигрывание со стилями и жанрами не мешает режиссеру – наравне с героем Колей – задавать вопросы о самом главном. Про «хорошо» и «плохо», и про взрослую жизнь, которая куда сложнее и многообразнее этих четких понятий. Пестрая картина Оксаны Карас, в которой под яркой оберткой пряталось глубокое содержание, собрала в прокате 72 миллиона рублей и получила много позитивных откликов.


 

Что дальше

Симптомы новых героев помолодевшего российского кино можно перечислять бесконечно долго. Впрочем, и общий знаменатель у кроющихся под этой симптоматикой рефлексий тоже есть. Герои «Как меня зовут» Нигины Сайфуллаевой, «Тряпичного союза» Михаила Местецкого, «Комбината «Надежда» Натальи Мещаниновой и многих других картин все больше концентрируются на конструировании самостоятельной взрослой жизни: попытках понять, что они могут дать этому миру, и что им может вернуться от этого мира в ответ. Они не боятся вопросов и поисков, будь то поиски фигуры родителя, собственной идентичности или гипотетического добра и зла.

2019 год также обещает зрителю немало примеров подобных путешествий в поисках смысла. Автор яркого и лубочного роуд-муви «Как Витька Чеснок вез Леху Штыря в дом инвалидов» Александр Хант снимает кино о сбежавших от мира взрослых подростков «Межсезонье». Оксана Карас собирается выпустить картину о первой любви «Выше неба». Сразу несколько ярких картин о молодых людях, показанных в этом году на кинофестивале «Окно в Европу», возможно, также доберутся до российского проката. Остается надеяться, что в кинотеатрах эти новые герои кино также найдут единомышленников.

26.04.2019
Хотите предложить проект?
Заявка успешно отправлена.
Мы свяжемся с вами.
Хотите предложить проект?
Произошла ошибка во время отправки.
Пожалуйста, свяжитесь с нами любым удобным способом.
Восстановление пароля
На вашу почту отправлено письмо.
С дальнейшими инструкциями.
Восстановление пароля
Произошла ошибка во время восстановления.
Пожалуйста, свяжитесь с нами любым удобным способом.